ДЕНЬ ПЕРВЫЙ. РОДЫ.

Я описываю этот страшный день по памяти.
За всю мою двадцатипятилетнюю жизнь я не испытывал ничего более ужасного.
Началось с того, что когда я вернулся с работы и вошел в дом, меня никто не встретил. Где-то около сердца что-то екнуло и защемило. Не раздеваясь, я влетел в спальню. Маша, моя жена, сидела на кровати, ухватившись двумя руками за спинку. На ее лице… не было лица. Она едва прошептала: «Началось.»
Я схватил ее на руки и рванул к машине. Хорошо еще, что я не успел поставить ее в гараж. Как мы доехали до роддома, сам не знаю. Помогло то, что мы заранее сделали шит с надписью : «В роддом». Поэтому нас везде пропускали и полицейские не останавливали. Я гнал как сумасшедший. Перед роддомом затормозил, едва не наехав на него, выскочил, помог Машеньке выйти, опять взял ее на руки и внес в здание.
Посадив жену на первый попавшийся стул, я помчался по коридору с криком: «Скорей, скорей». Откуда-то выбежала женщина в белом халате. Она все поняла. Вызвала кого-то. Жену взяли под руки и куда-то повели. Я, конечно, кинулся за ними, но меня не пустили. Велели ждать. Сначала я сел. Но сидеть не было сил. Я стал бегать по коридору как тигр в клетке.
Подошел какой-то мужчина в форме, спросил: «Это Ваша машина с открытой дверцей стоит у подъезда? Здесь стоянка запрещена. Отвезите ее на парковку.»
Я сначала не понял, о чем он: «Какая машина? Какая дверца? Какая парковка? Там Маша в беде», — я мог думать только об этом.
Потом до меня дошло, что надо убрать машину. Я нехотя пошел на улицу, запарковался и вернулся обратно. Сел. Что делать, не знал. Сколько сидел, не помню. Наконец ко мне подошел доктор и сказал, что моя жена не позднее, чем через полчаса начнет рожать. Он спросил, хочу ли я присутствовать при родах?
«Конечно, конечно»,- обрадовался я, еще не зная, на какую муку обрекаю себя. Я на полном автомате помылся, переоделся и меня проводили в родильный зал.
Перед входом врач сказал, что жена нуждается в моральной поддержке и чтобы я взял себя в руки и не выглядел как трус перед казнью.
Я послушно сделал улыбку, и хотя коленки у меня подгибались, вошел. Маша потом со смехом рассказывала, что я был похож на клоуна с белым лицом и глупой улыбкой во весь рот.
Но в тот момент нам обоим было не до смеха. У Маши начались потуги. Сбежались все медики, что были в зале. То, что там происходило, описать невозможно.
Как же сильно нужно было рассердить Творца, чтобы он обрек людей рожать себе подобных в таких страшных муках?
Мне казалось, что от страха за свою любимую и невозможность ничем ей помочь, я теряю сознание. Я мысленно клялся, что больше не допущу никакой беременности. Я просил Бога (в которого никогда раньше не верил), чтобы скорей все кончилось и кончилось благополучно. Мне даже помнится, что я обвинял рождающегося сына в издевательстве над собственной матерью. И еще какие-то глупые мысли вспыхивали в моей дурной голове. Я был как будто в каком-то страшном сне…
К жизни меня вернул громкий общий вздох облегчения. Это, наконец, выскочил грязный, непонятного цвета комок, висящий на пуповине. Медики его схватили, обрезали пуповину, чуть чуть обмыли и вернули к Маше, положив на живот.
Она лежала совершенно обессиленная. Но сразу же стала гладить это грязное чудище и в глазах ее светилась такая радость, которую описать совершенно невозможно. Меня тоже отпустило. Я кинулся перед ними на колени и стал целовать машину свободную руку, что-то говорил… Пока меня не оторвали от стола. Мне велели идти домой и не появляться в роддоме до 9 утра.
Как я добрался до дома, сам не знаю. Помню, что руль меня не слушался, руки дрожали, что я боялся выйти за пределы самой минимальной скорости и тащился до дома целую вечность.
Спал я не долго. Несколько раз просыпался, смотрел на часы. Но они как будто специально тормозили время. Кое как я дотерпел до 5 утра и стал собираться в роддом.
Потом одумался: «Куда в такую рань?» Решил поесть, чтобы потянуть время. Попытался зажарить яичницу. Получилась какая-то каша. Я был ни на что не способен. Я был не здесь. Моя душа была там, в роддоме с моими двумя родными человечками. Кажется, я только в этот момент понял, что у меня родился сын и что я самый счастливый человек на свете!
P.S. Все, что я написал, похоже на бред сумасшедшего. Но я действительно в тот момент находился в каком-то странном состоянии и плохо соображал, что делаю.

Поделиться в соц. сетях

0

Добавить комментарий